Российская Графология Сегодня. XXI век

mir

Представляя обзор развития современной российской графологической науки, следует понимать, что, по сути, речь пойдет о путях формирования современной русскоязычной графологии не только в самой России, но и на территории всех стран бывшего СССР, где распространен русский язык.

                                                                      ****

Если не касаться почерковедческого аспекта графологии, связанного с привычными идентификационными проверками, cледует отметить, что судьба графологии, или современного графоанализа, как именно психологического исследования почерка, в России складывалась очень непросто: серьезной литературы или ученых в данной области практически не существовало.

В XIX веке, до революции 1917 года и долгое время после нее – хотя и были редкие переводы на русский язык текстов европейских авторов (Варинарда в 1889, адаптация русскими авторами Крепье-Жамена в 1894, Мишона в 1897, Ломброзо в 1899, Соудека в 1932), - о графологии на русскоязычном пространстве почти ничего не было известно. Не помогла и попытка создания Моргенштерном в 1910 г. графологического общества, и даже признание графологии в 1923 г. С.Петербургской Государственной Психоневрологической Академией. Практически не развиваясь, постепенно графология стала отставать от европейской графологической науки на десятилетия.

В целом, в дореволюционные времена и позже, только единичные российские энтузиасты-одиночки, такие как Зуев-Инсаров или Моргенштерн, пытались исследовать почерк, отчасти - полагаясь на свою интуицию и наблюдения, отчасти – основываясь на редких переведенных материалах европейских графологов. Многим известны старинные книги этих двух авторов, и в исторической перспективе, хотя книги еще были ненаучными, лишенными системы и скорее спекулятивно-интуитивными, - тем не менее, это были первые искренние попытки привлечь внимание русскоязычных читателей к анализу почерка.

В советское время в России (и СССР, особенно при Сталине), так же, как и в других странах «соц. лагеря» в тот период, наступило тяжелое время гонений графологии, она называлась «буржуазной лженаукой» и всячески отрицалась. Следует отметить, что почти такое же положение дел, с точки зрения ее признания и научного исследования, сохранялось в постсоветской России и до последнего, нового времени.

Признание графологии на академическом уровне происходит медленно в силу инертности академических кругов и их понятной неготовности к исследованию  инновационных направлений. В то же самое время, в некоторых других пост-социалистических странах произошел скачок в научном развитии и академическом признании.

Примечателен тот факт, что хотя уже во многих современных русскоязычных источниках (например, с 70-80-х гг., в Большой Советской Энциклопедии (1) и др.) отношение уже изменилось, в некоторых – сохраняется традиционное советское «обличительное» определение графологии как «псевдонауки», только без слов «империалистической» или «буржуазной».

Резюмируя состояние графологии к окончанию советской эпохи, можно видеть, что на русскоязычном пространстве не было создано какого-либо научного фундамента для возникновения собственной графологической школы, энтузиасты были разрознены, и им не хватало знаний. Список «пионеров» русской графологии совсем мал, при этом не позволяет использовать понятие «научный подход» к части источников:

Моргенштерн, «Психографология» (1903) и «Внутренний мир в почерке у псевдолюдей» (1910).
Маяцкий, «Графология» (1907) - брошюра с произвольным описанием личных наблюдений и выводов, содержащая 4 иллюстрации и 64 стр.
Глинина, «О графологии» (1907), автор - хиромант, выступавшая с сеансами предсказания будущего.
Шиллер-Школьник, «Графология..» (1914) – автор этого, как он говорил, учебника, занимался тем же, выступал с сеансами мистики и предсказания будущего.
Зуев-Инсаров, «Почерк и личность» (1926).
Орлов, «Исследование почерка как метод психодиагностики личности» (1930).
Герман, «О графологии. Человек по почерку» (1934) - брошюра в 66 стр.

Кроме названных, в советскую эпоху были те, кто пытался наблюдать некоторые корреляции на основе иностранных авторов или публиковать анализы отдельных исторических личностей, но эти работы также не могут быть названы созданием полноценной самостоятельной системы в русской графологии.

Некоторые приводят в качестве истоков русской графологической традиции даже имена физиолога Павлова и доктора Лурия. Однако ни первый, ни второй – не исследовали и ни слова не писали о психологии почерка или принципах психологического анализа почерка. Что касается пресловутых «Очерков психофизиологии письма» Лурия (1950), - речь в этой ценной, в плане обоснования важности самого процесса письма, работе идет только об описании отделов и функций мозга, участвующих в процессе письма, о психофизиологии и влиянии на письмо нарушений или ранений, коснувшихся разных отделов мозга.

Положение графологии и специальной литературы не сильно изменилось и после распада СССР. Однако свобода и большая, чем прежде, доступность иностранных источников информации повлияло на увеличение интереса и популярность графологии, возросло количество русскоязычных книг. Часть их написана психологами, часть непсихологами, часть – используя иностранную литературу, часть – опираясь лишь на свои собственные выводы – книги самого разного уровня.

Сегодня на книжных полках и в Интернете - популярные брошюры, книги и методички отражают очень неоднородное состояние русскоязычной графологии. Можно наблюдать волну активности графологов-самоучек, в том числе психологов, пропагандирующих, например, уникальность кириллицы и того, что русский почерк не поддается графологическому анализу с общих, европейских позиций.

Вместе с этим можно отметить и позитивный момент: так или иначе, но если ранее в России графология воспринималась как что-то несерьезное, то сегодня она становится престижным эксклюзивным знанием, сферой интереса многих психологов,
педагогов, специалистов HR и серьезных профессиональных журналов.

Нельзя в обзоре о состоянии научной графологии в России обойти тему традиционного почерковедения. Серьезная литература, посвященная почерку, была написана только почерковедами. И хотя их область является смежной графологии, областью, тем не менее, эти авторы не являлись профессиональными графологами в классическом понимании. Они не изучали в рамках своей специализации психологию, и как правило, изначально не ставят своей целью изучать почерк в плане психодиагностики.

Хотя почерковеды и криминалисты исследуют почерк, они в большей степени исследуют его как улику, уделяя внимание техническим особенностям и самым общим обстоятельствам, т.е. графология – не является именно криминалистической специальностью. По этой причине труды советских или российских почерковедов не могут быть приведены в качестве специальной литературы по графологии.

Нет сомнений в том, что изучая почерк, некоторые почерковеды имеют сильный соблазн пытаться давать характеристики авторам почерков, некоторые из них придумывают «авторские методики» и уверены, что изобрели новую графологию. Однако оценить их работы можно лишь проверив их на соответствие последним достижениям и исследованиям в европейской графологии.

В целом, анализируя ситуацию с высоты современных профессиональных графологических знаний и гештальт-подхода, можно ясно видеть, что как в советское, так и в постсоветское время, вплоть до нынешнего времени, у россиян практически не было осведомленности о происходящем в европейской графологии. Действовали разрозненные графологи-самоучки, кто-то знал больше, кто-то меньше, каждый из них пытался автономно изобрести собственную графологию.

Становится очевидным, что главный удар по развитию слаженной единой российской графологической системы, которая могла бы развивать науку и способствовать формированию своей традиции и школы, наносит разрозненность графологов.

Она – результат нежелания объединить свои усилия, исследования, неготовности отказаться от ошибочных теорий, а также – результат неготовности слишком усиленно бороться за графологию как науку, сделав ее делом своей жизни.  Никто из первых, или (на момент написания этого обзора) ныне живущих в России и СНГ авторов книг, брошюр, методик, статей о графологии – не является графологом по своей основной профессиональной деятельности, не работает им постоянно, и как правило, это хобби или дополнительный интерес.

Упомянутое отставание и разрозненность не способствуют прогрессу. Неудивительно, что такую «науку» достаточно легко опровергнуть, - благо, учитывая традиционное неприятие графологии со времен СССР, недостатка в желающих опровергать нет. Сложилась ситуация, когда вместо привнесения вклада в признание графологии как науки, авторы «новых методик» невольно сами помогали дискредитировать свое направление и давали обличителям отличный повод для сравнения графологии с гаданием на кофейной гуще.

Тем не менее, в XXI веке, совсем недавно, ситуация в русскоязычной графологии вообще, и в российской графологии в частности, начала заметно меняться. На территории России впервые появляется профессиональная графология, основанная на научном подходе, выходят в свет серьезные обучающие книги по предмету на русском языке, становится возможным длительное профессиональное обучение и сертификация специалистов по учебной программе, соответствующей последнему слову европейской графологической науки. С помощью новых технологий и Интернета 2006 год можно считать началом тихой, но стремительной «бархатной революции» в российской графологии.

Причина таких быстрых изменений и сама специфика современной российской графологии в том, что она родилась не в России, а была «ввезена» в нее и страны бывшего СССР из-за границы, благодаря инициативе и специальному проекту сертифицированного израильского графолога, члена Научного Графологического Общества Израиля, Инессы Гольдберг. Прожив более половины жизни не в России и оказавшись единственным сертифицированным израильским специалистом, имеющим российское происхождение и владеющим русским языком, она сделала своей миссией развитие современной, научной российской графологии и создание на русскоязычном пространстве Института Графоанализа.

В 2006 году был основан проект www.grafologia.co.il, включающий в себя международное профессиональное сообщество русскоязычных единомышленников, - специалистов, преподавателей и студентов. В 2008-2009 гг. в Москве по заказу и при полной поддержке издательства АСТ выходит серия из восьми обучающих книг по графологии Инессы Гольдберг (2).

Параллельно И. Гольдберг ведет активную просветительскую деятельность, руководит инновационными Интернет-проектами, которые постепенно становятся известными по всей России и за ее пределами. В частности, это  единственная в мире Интерактивная Виртуальная Графологическая Школа, бесплатный и единственный в мире русскоязычный ежемесячный журнал «Научная Графология»(3) (средним объемом около 30 стр. и более, набравший за первый год своего существования около тысячи постоянных читателей), серьезные статьи психологов о применении графологии в своей работе и т.д. Все больше серьезных СМИ, психологических и исторических телевизионных и радио передач приглашают к участию профессиональных графологов.

Со временем организация расширяется, наиболее талантливые последователи начинают руководить ее филиалами в разных городах и регионах России и бывшего СССР. Сегодня представители и последователи Школы Графоанализа Инессы Гольдберг есть в Москве, Санкт-Петербурге, Екатеринбурге (Урал), Вологде, Коврове, Алма-Ата (Казахстан), Новом Уренгое, (Сибирь), в Минске (Беларусь) и др., список все время растет.

На сегодняшний день профессиональные графологи в России и СНГ создали свое коллегиальное научное сообщество и Лабораторию, ведут закрытые и открытые дискуссии за виртуальным «Круглым столом» в своем Интернет-форуме, пишут работы и статьи в журнал, готовятся к конференциям, проводятся (в том числе аппаратные) исследования.

Несмотря на то, что профессия и деятельность графологов в России и бывшем СССР никак формально не регламентированы (что, фактически, пока дает лазейку любому, ссылаясь на такое положение вещей, называть и позиционировать себя равным профессионалам), - сегодня Школа Графоанализа И. Гольдберг, будучи пионером развития современной российской графологии, несомненно, является наиболее авторитетной графологической организацией в русскоязычном пространстве. Из этих же соображений Школа получила признание и постоянно приглашается к сотрудничеству в обучении графологии государственными и негосударственными Высшими учебными заведениями России и Москвы.

Найти работу независимому графологу непросто, в России только создается своя «ниша» и графологический рынок услуг, графолог – скорее свободная профессия. Трудоустройство может осложняться все еще недостаточной осведомленностью о графологии в российском обществе, а также упомянутым отсутствием регламентации деятельности графолога и самой профессии в реестре специальностей. По этой причине международная Школа Графоанализа Инессы Гольдберг является сегодня в России единственной организацией, привносящей не только серьезные современные знания, но и определяющей единые учебные, профессиональные и этические стандарты и требования к профессии, служа своего рода «фильтром» качества для специалистов и клиентов.

В XXI веке современная графология в России сделала исторически значимый рывок и ее развитие в русскоязычном пространстве стремительно продолжается. Залогом успеха является привнесенный и адаптированный для россиян научный базис сильной современной израильской школы, а также адаптация лучшего немецкой и французской школ, общая концепция целостного подхода к анализу почерка.

Свою лепту вносит действующая экспериментальная научная Лаборатория с компьютерными технологиями, а также - серьезные статьи об исследовании почерка последователей Школы – графологов с психологическим образованием. Не последнее место занимает и постоянная добровольческая деятельность, выступления, просвещение русскоязычной аудитории в области современной графологии.

Говоря о динамике стремительного развития российской графологии, нельзя не отметить и характерное в таких случаях явление - резко возросшее в последние годы число подражателей графологам, и подскочившее количество любительских интернет-сайтов, книг, плагиата, и даже компьютерных дисков. Это естественное и прогнозируемое явление, оно свидетельствует о начавшемся движении и большом интересе к графологии в современной России. Мы в начале пути, и это не должно смущать энтузиастов: нужно добросовестно продолжать свое дело, и время все расставит по своим местам.


(1)«Графология (от графо... и ...логия), учение о почерке, исследование его с точки зрения отражающихся в нем свойств и психических состояний пишущего. Почерк — разновидность выразительных движений, особенность которых состоит в том, что они являются "саморегистрирующимися" и поэтому всегда доступными изучению. Взгляд на почерк как определенное выражение человека восходит к античности (Теофраст и др.), первые опыты Графология — к эпохе Возрождения (сочинения итальянского ученого К. Бальди, 1622). В качестве специальной дисциплины Графология возникает во 2-й половине 19 в. во (Ж. Мишон, введший самый термин "Графология" (1872), Крепье-Жамен); почерк рассматривался при этом как система устойчивых графических признаков, каждому из которых соответствует определенное свойство характера. С конца 19 в. складывается немецкая школа Графология (Графология Мейер, В. Прейер и особенно Л. Клагес); в противовес изолированному толкованию отдельных признаков развивается представление о двузначности и даже многозначности каждого отдельного графического знака, конкретное значение которого определяется лишь на уровне анализа почерка как "целостной формы" (Клагес). Данные Графология применяются для исследования индивидуальных особенностей человека в психологии, а также в медицине и криминалистике в качестве средства психологической и физиологической диагностики наряду с др. методами, например тестами.» - Большая советская энциклопедия: В 30 т. - М.: "Советская энциклопедия", 1969-1978.
© Научное издательство «Большая Российская энциклопедия», 2001
См.: www.slovari.yandex.ru/~книги/БСЭ/Графология/


(2)Авторская серия Инессы Гольдберг о Психологии Почерка, 8 изданий, Москва, изд-ва АСТ, 2008-2009гг.

1. Графология шаг за шагом, или Как расшифровать почерк; 2. Почерк и типы личности; 3. Почерк и Ваша успешность;
4. Почерк и Ваша личная жизнь; 5. Почерк – зеркало души; 6. Тайны почерка или Что на роду написано;
7. Язык почерка или Проблемы на бумаге; 8. Психология почерка (избранное).


(3) Журнал "Научная Графология"

Подписка на него сегодня является бесплатной, журнал служит источником самой полной и актуальной информации о происходящем в российской профессиональной графологии,  а   также  о   графологических   событиях   в  мире.  Издание  включает  материал разного  уровня сложности и  разной  тематики,  и  призвано  просвещать  широкую  русскоязычную  аудиторию, круг специалистов смежных профессий, а также профессиональных графологов и студентов. Журнал содержит новости, записи телевизионных и радиопередач, прессу, графологические расследования (исторические персоны), научные исследования, кейсы, практикум, интервью с известными графологами и психологами, ответы на вопросы читателей, авторские статьи и «графологический» юмор.

* В оригинальном виде данная статья была написана на английском языке. Здесь – приведен перевод статьи на русский язык для русскоязычных читателей. Статья написана по просьбе коллег из международного графологического Интернет-сообщества. Они обратились к нам как к активистам русскоязычной и российской графологии, наиболее полно осведомленным о происходящем в современной русской графологии.

 

Инесса Гольдберг, Тель-Авив, Израиль
Виктория Косогова, Москва, Россия

 

Научная графология №7-8, 2011

 

Russian graphology today: the 21st Century 

This article is about to present an overview of the development of Russian graphology science. We will, in fact, discuss the formation of modern Russian graphology, not only in Russia but in all Russian-speaking countries of the former Soviet Union.

If we accept the aspect of forensic graphology associated with the regular identity checks, it should be noted that the development of graphology (or Modern Graphology) as well as psychological study of handwriting in Russia was not easy:  serious literature or scientists in this field were almost non-existent. 

In the 19th century until the revolution in 1917, and for a long time after - although there were rare Russian translations of texts written by European authors (Varinard in 1889, the adaptation of Russian author Crepieus-Jamins monography in 1894, Michon in 1897, Lombroso in 1899, Saudek in 1932), the Russian-speaking world knew close to nothing about graphology. The creation of the Morgenstern Graphological Society in 1910, and even the recognition of graphology by the St. Petersburg State Academy of Neuropsychiatrics in 1923 were not much help. Remaining nearly undeveloped, Russian graphology increasingly fell behind the European.

In general, in pre-revolutionary times and later, only a few Russian enthusiasts - such as Zuev-Insarov or Morgenstern - tried to study handwriting, partially relying on their intuition and observation, and partially using rare materials translated into Russian as a base. Many people know old books written by these two authors. In historical perspective, although the books were unscientific, lacking of a system, and almost entirely speculative and intuitive, those were the first genuine attempts to attract Russian-speaking readers to the analysis of handwriting.

During the Soviet period in Russia (The USSR, during Stalin’s time especially), as well as in other countries of the socialist camp, graphology had to face hard times of persecution. It was dubbed a "mediocre pseudo-science" and was rejected in every possible way. It should be noted that almost the same situation, in terms of its recognition and scientific study, remained in post-Soviet Russia until recently. Recognition of graphology on the academic level has been slow since academic circles are reluctant, and their lack of readiness to investigate new, innovative ways is obvious. At the same time some of the other post-Soviet countries, witnessed a break-through in the scientific development and academic recognition of Graphology.

It is notable that although many of today's Russian-language sources (for example, from the 80s., in The Great Soviet Encyclopedia*, etc)  have changed their attitude, some of them still keep the traditional Soviet "incriminating" definition of graphology as a "pseudoscience", but without the words "imperialist" or "mediocre." 

* Great Soviet Encyclopedia: In 30 volumes. - Moscow: "Soviet Encyclopedia", 1969-1978. © Scientific Publishing "Great Russian Encyclopedia", 2001

См.: www.slovari.yandex.ru/~книги/БСЭ/Графология/

Upon summarizing the state of the science of graphology near the end of the Soviet era, we can see that the Russian-speaking world has not created any scientific foundation for the emergence of its own Handwriting School, causing the enthusiasts to scatter, lacking knowledge. The list of "pioneers" in Russian graphology is quite short, and it does not allow applying the term "scientific approach" to the sources:

Morgenstern, "Psychographology" (1903) and "The inner world of the pseudopeople’s handwriting" (1910).

Mayatsky, "Graphology" (1907) - a brochure with free description of personal observations and conclusions, containing 4 illustrations and 64 pages.

Glinina, "On graphology" (1907), the author is a palmist, performing predictions of the future.

Schiller-Schcolnik "Graphology .." (1914) - the author of this textbook, as he called it, did the same, performing sessions of mysticism and predicting the future.

Zuev-Insarov, "Handwriting and Personality" (1926).

Orlov, "The study of handwriting as a method of psychodiagnostics personality" (1930).

Herman, "About graphology. A man's handwriting "(1934) - a brochure of 66 pages. 

In addition to these, there were others during the Soviet period who tried to observe some correlations on the basis of foreign authors or publish analyses of certain historical figures, but these studies too cannot be called the creation of a full independent system in the Russian graphology. 

As sources of Russian graphological traditions, some cite even the names of physiologist Pavlov and Dr. Luria. However, neither the latter nor the former investigated and wrote a single word about the psychology of handwriting or the principles of psychological analysis of handwriting. As for the much-talked-about "Sketches of psychophysiological writing" by Luria (1950) - the subject of this valuable work (in terms of justification of the importance of the process of writing) is only a description of the departments and functions of the brain involved in the process of writing, the psychophysiology of it and effects on writing as result of wounds which affected different parts of the brain.

The position of graphology and specialized literature has not changed much since the USSR break-up. However, the freedom, which was greater than ever, the accessibility of foreign sources of information influenced the growth of interest and popularity of graphology, increased the number of Russian-language books. Part of them was written by psychologists, some by non-psychologists - one part using a foreign literature, and the other relying only on their own conclusions. There are books of various levels.

Today popular brochures, books and manuals, which one may see on the bookshelves and on the Internet, reflect a heterogeneous state of Russian-speaking graphology. You can see a self-induced graphologists’ wave of activity, including psychologists, advocating, for example, the uniqueness of the Cyrillic alphabet, and the fact that the Russian handwriting cannot  be analyzed from the European view.

At the same time, there is a positive point: either way, while Russia of the past perceived graphology as something frivolous, now it is becoming a prestigious and even exclusive knowledge, the sphere of interest of many psychologists, educators, HR specialists and major professional magazines.

While reviewing the state of scientific graphology in Russia it is impossible not to touch on the theme of traditional forensic handwriting expertise. Serious handwriting literature was written only by forensic experts. And although it is adjacent to graphology, however, these authors are not professional graphologists in the classic sense. They did not major in psychology, and generally did not initially aim at studying the handwriting in its terms. While forensic experts and criminalists analyze handwriting, they are increasingly exploring it as a piece of evidence, focusing on technical features and the most general circumstances, i.e. graphology is not a strictly criminalist subject. For this reason the works of Soviet or Russian forensic handwriting experts and criminalists cannot be cited as graphological literature.

No doubt that while learning handwriting, some forensic handwriting experts fall under strong temptation to try to ascribe psychological characteristics to the authors of handwriting, some of them come up with 'own methods' and are confident that they have invented new graphology. However, their work can be evaluated only by checking them for compliance with the latest developments and researches in European graphology.

In general, while analyzing the situation from the point of contemporary professional knowledge and the graphological Gestalt approach, one can clearly see that during both Soviet and post-Soviet times, until the present, the Russians were almost unaware of what's happening in the European graphology. There were scattered, uncoordinated self-taught graphologists, some knew more, some less, each of them tried to invent their own autonomous graphology. It becomes obvious that dissociation of graphologists blows the main strike on the coordinated development of a solid Russian graphological system, which could develop science and promote its tradition and schooling.

This dissociation is the result of unwillingness to join the efforts, researches and unavailability to deny ill theories, as well as the result of unavailability to stand for graphology as a science, making it their life's work. None of the first authors of books, brochures, manuals, articles on graphology, which now live in Russia and Community of Independent States (CIS) (at the time of writing this review) is a graphologist as their main professional activity, do not work on a regular basis, and usually graphology is a hobby or an additional interest.

This delay and fragmentation cannot bring progress. Not surprisingly, this “science” is quite refutable, especially given the traditional aversion to graphology since Soviet times. There’s no lack of those wanting to deny. All this resulted in a situation in which instead of bringing a contribution to the recognition of graphology as a science, the authors of “new techniques” helped to discredit their work’s direction and gave an excellent opportunity for comparing graphology with guesswork.

However, the 21st century saw the situation in the Russian-speaking graphology in general, and in Russian graphology in particular change is noticeable. For the first time professional graphology based on a scientific approach appears, major books are published in Russian. Long-term professional training and certification curriculum, according to the latest European graphological science, become available in Russia. In 2006 with the help of new technologies and the Internet began a quiet but rapid "velvet revolution" in Russia's graphology.  

The reason for such a rapid change and the peculiarity of the modern Russian graphology is that it was not born in Russia, and was "imported" into it and to CIS from abroad, due to the initiative and the special project of the certified handwriting expert from Israel, a Member of the Society of Scientific Graphology (Israel) Inessa Goldberg. Having grown up in Russia and spending more than half of her life there, nowadays residing in Israel, she is the only certified professional of Russian origin that speaks Russian. She made it her mission to develop modern, scientific graphology and to establish an Institute of Handwriting Analysis in the Russian language-territory. 

The project www.grafologia.co.il (now http://inessa-goldberg.com/) started in 2006. It comprises the international professional community of Russian-language like-minded persons: specialists, teachers and students. In 2008-2009 Inessa Goldberg's series of eight books on graphology training is published in Moscow on request and with the full support of the AST publishing house.

At the same time I. Goldberg runs active educational activities, directs the innovative internet projects, which are gradually becoming known throughout Russia and abroad. Namely, it is an Interactive Virtual School of Graphology (now Institute of Graphoanalysis) which is unique, a free Russian-language monthly magazine "Scientific Graphology"* (an average of about 30 pages or more, which gained about a thousand regular readers during the first year of its existence) and serious articles by psychologists on the use of graphology in their work, etc. More and more major media, psychological and historical television- and radio broadcasts invite professional graphologists for participation. 

In 2012 was opened Russian-speaking Institute of Graphoanalysis. Website of the Institute http://inessa-goldberg.com/

In January 2012 took place the First International Conference of the Institute of Graphoanalysis. At the conference were experts from Israel, Hungary, Russia and Belarus.  

Over time the organization expanded and the most talented followers began to manage its branches in different cities and regions of Russia and former USSR. These days the representatives and followers of Inessa Goldberg's School of Graphology are to be found in Moscow, St. Petersburg, Yekaterinburg (the Urals), Vologda, Kovrov, Alma-Ata (Kazakhstan), Novy Urengoi, (Siberia), Minsk (Belarus), etc., and the list keeps expanding.

Today professional graphologists in Russia and NIS countries have created their collegial scientific community and laboratories, run an open and closed virtual "round table" in its online forum, write articles and work on the journal, arrange conferences and carry out (including instrumental) studies.

*Magazine with a free subscription. It’s a source of the most complete and up-to-date information about the events in the Russian professional graphology, as well as the graphological events in the world. The publication includes contents of different difficulty levels and different subjects, and aims to educate the general Russian-speaking audience, the circle of specialists in related professions, as well as professional graphologists and students. The magazine contains news, recordings and television broadcasts, newspapers, graphology investigation (historical person), scientific research, case studies, workshops, interviews with renowned psychologists and graphologists, answers questions from readers, authors and "graphological" humor pages.

    

Despite the fact that the profession and the activities of graphologists in Russia and the former Soviet Union were not formally regulated (which is, in fact, insofar provides a loophole for anyone to name and position themselves equal to the professionals) - Today Inessa Goldberg's School of Graphology, as a pioneer of the modern Russian graphology, is undoubtedly the most reputable organization in the Russian-speaking world. For the this reason the School has been recognized and is constantly invited to collaborate in teaching graphology by State and Private Higher Education Institutions in Moscow.

It’s not easy to find a job for an independent graphologist. The graphological services market is being created in Russia and Graphology is a more free profession. Employment can be made difficult by the remaining lack of awareness of graphology in Russian society, but also by the above-mentioned lack of regulation of the profession and the absence of the profession itself from the register of professions. For this reason, the International Institute of Graphology of Inessa Goldberg in modern Russia is a unique organization which introduces not only serious contemporary knowledge, but also defines the common educational, professional and ethical standards and requirements for the profession, serving as a kind of "filter" for the quality of professionals and clients.

In the 21st century modern graphology in Russia has done some historically significant breakthrough and its development in Russian-speaking space goes on at a rapid rate. The key to success is the introduction and adaptation for the Russians on a strong scientific basis of modern Israeli schools, as well as the adaptation of the best German and French schools, the general concept of a holistic approach to analyzing handwriting. The functioning experimental science lab with computer technology makes its contribution as well as serious articles of the School’s followers – the graphologists with psychological education on the studying of handwriting. The constant and volunteer activities, performances, public education Russian-speaking audience in the field of modern graphology are also of no less importance.

When speaking about the dynamics of the rapid development of the Russian graphology, one should note a characteristic phenomenon – the number of imitators and impersonators has drastically increased during the last years, as well as the number of amateur Web sites, books, plagiarism, and even computer disks. It is an ordinary and predictable phenomenon, which shows progress and the great interest in graphology in modern Russia. We are at the beginning, and it should not embarrass enthusiasts:  one should stick to the work with devotion and time will put everything in its place.

 

Inessa Goldberg, Tel Aviv, Israel

Victoria Kosogova, Moscow, Russia 

   


Статья опубликована в американском графологическом журнале "Авангард" в выпуске за октябрь-декабрь 2011 года.